Директор ECIPE Фредрик Эриксон выступил за включение Турции в «Made in EU». По его оценке, исключение тесно связанных с ЕС торговых партнёров повысит производственные издержки в Европе.

Директор Европейского центра международной политической экономии (ECIPE) Фредрик Эриксон заявил, что Турцию необходимо включить в сферу действия разрабатываемых Евросоюзом правил «Made in EU». В беседе с Bloomberg HT он указал на связи между турецкой и европейской промышленностью в цепочках поставок и выразил мнение, что исключение партнёров повысит издержки европейских производителей и сделает их экспорт дороже. В центре дискуссии — вопрос о том, на каких торговых партнёров за пределами ЕС должен распространяться подход, отдающий приоритет произведённой в Европе продукции. По словам Эриксона, есть сторонники включения Великобритании и Норвегии. Помимо Турции, обсуждается включение Японии, Южной Кореи и Канады, у которых есть соглашения о свободной торговле с ЕС. Главный аргумент в пользу Турции — масштаб её торговли с ЕС в рамках Таможенного союза. Эриксон отметил, что эти связи занимают важное место в аргументации сторонников включения страны. Таким образом, дискуссия касается не только места производства, но и того, с какими странами европейская промышленность совместно выпускает продукцию. Говоря о сроках переговоров, Эриксон был осторожен. Он отметил, что ситуация быстро меняется, и оценил как весьма маловероятное достижение соглашения до конца года в период председательства Ирландии. Эта оценка представляет собой прогноз относительно исхода переговоров. В качестве конкретного примера, связанного с Турцией, Эриксон привёл торговлю автомобильными комплектующими. По его словам, у Турции значительный профицит в торговле этой продукцией с ЕС. Существенная часть поставляемых в Европу деталей используется в местном производстве и затем входит в состав товаров, продаваемых в третьи страны. Согласно этой оценке, ограничение, повышающее стоимость детали из Турции, влияет не только на торговлю самой деталью, но и на себестоимость конечного продукта в Европе. Эриксон предупреждает, что барьеры на пути импорта могут сделать дороже и европейские товары, поставляемые на внешние рынки. Поэтому для турецких поставщиков комплектующих и европейских производителей определяющим остаётся вопрос о том, на кого будут распространяться правила. Подход, который отстаивает Эриксон, предполагает, что при разработке торговых норм необходимо учитывать взаимосвязь производственных процессов. Говоря о потребителях, Эриксон отметил, что последствия не ограничатся промышленными компаниями. Рост затрат на импортное сырьё и промежуточные товары может затронуть разные отрасли; в частности, могут подорожать материалы для жилищного строительства. Это предупреждения о возможных последствиях новых правил, а не сообщения об уже произошедшем росте цен. Вторая часть критики Эриксона касается возможных ответных действий торговых партнёров. Он предупредил: если ЕС ограничит доступ других стран на европейский рынок, они могут ввести аналогичные ограничения для европейских компаний. По его словам, для ЕС, имеющего значительный профицит в торговле с остальным миром, это может обернуться негативными экономическими последствиями. Эриксон также заявил, что высокие торговые барьеры могут ослабить производственные возможности Европы и потенциал её экономического роста. По его мнению, при оценке протекционистских правил необходимо прежде всего учитывать зависимость европейской промышленности от международных взаимосвязанных цепочек поставок. Политическая сторона дискуссии связана с доверием торговых партнёров к Европе. По мнению Эриксона, исключение стран, с которыми действуют соглашения о свободной торговле, может снизить ценность этих соглашений и подорвать положение ЕС как предсказуемого партнёра. Эриксон рассмотрел этот риск в контексте поиска Европой новых партнёрств. Он сообщил, что ЕС изучает возможность более тесного партнёрства с Канадой и стремится углубить отношения с Японией, Южной Кореей и странами Юго-Восточной Азии. Напомнив также о переговорах со странами Латинской Америки и Австралией, он отметил, что правила, затрудняющие доступ на рынок, могут противоречить этим целям. Он опирается на объём торговли между Турцией и ЕС в рамках Таможенного союза и интегрированные цепочки поставок. В частности, он подчёркивает, что автомобильные комплектующие из Турции используются в европейском производстве и входят в состав продукции, экспортируемой в третьи страны. Эриксон считает весьма маловероятным достижение соглашения до конца года в период председательства Ирландии. Он отмечает, что переговоры проходят в быстро меняющихся условиях.Ключевые вопросы дискуссии
Какие страны обсуждают в связи с «Made in EU»?
Как рост издержек может затронуть производителей и потребителей
Риск ответных ограничений доступа на рынки
Часто задаваемые вопросы
Почему Эриксон выступает за включение Турции?
Ожидается ли соглашение до конца года?